ЧТОБЫ ПОМНИЛИ

АБРАМ ЧАЙНИКОВ НАВЕКИ ОСТАЛСЯ В ЛЕСУ ЛАНГЕРВАЛЬД

Уважаемые читатели, хочу поделиться с вами результатами поиска информации ещё об одном нашем солдате. Земляк, однофамилец, Чайников Абрам. В книге памяти Ачитского района написано: «Чайников Абрам Константинович, 1903 г.р. гв.рядовой, призван в 1941, пропал б\вести в феврале 1945 г.».

Начинаем поиск с изучения документа, который выдал мне интернет на запрос по фамилии и имени бойца. Передо мной «Именной список безвозвратных потерь личного состава». Это заголовок. Далее — мелкими-мелкими кривыми буковками: «277 гв. стр. Ордена Кутузова 3 ст. полка 91 гв. стр. Духов. Краснозн. орд. Суворова 2 ст. дивизии за период с 15 января 1945 г по 1 марта 1945 г.» (А мы же с вами уже научились читать по буквам. В интернете есть информация о том, какие награды и почётные звания даются той или иной дивизии, с какого времени и за какие достижения в боях, - прим. авт.). Итого получается: 277 гвардейский стрелковый ордена Кутузова 3-й степени полк 91 гвардейской Духовщинской Краснознамённой Суворова 2-й степени дивизии. В этом же документе поколоночно указана информация о нескольких десятках бойцов. Второй сверху — Чайников Абрам Константинович, 1902 г.р., звание – рядовой, должность – ездовой; но графы «Какой местности уроженец», «Каким РВК призван», «Ближайшие родственники, родственные отношения, где проживают», к сожалению, не заполнены. В колонке «Когда погиб» у него и его товарищей указана одна и та же информация: пропал без вести 10.02.45.; в графе «где похоронен» — плохо читается, но по буквам еле-еле прочитала: «лес Лангервальд». Видимо, бой здесь был 10 февраля, убитых собрали да и похоронили около леса в общей братской могиле. Среди товарищей Абрама в этом списке есть повар, два оружейных мастера, один арт. мастер (что обозначает «арт» — не знаю, - прим. авт.). У некоторых бойцов указан год рождения и откуда родом, у нескольких – только фамилия или только отчество. Думаю, что этот список составили со слов выживших солдат, записали всех, кого опознали после боя и указали то немногое, что знали о них.

Лангервальд – город в Восточной Пруссии, Кёнигсберский округ, Германия. Сейчас это Калининградская область в России. Лес Лангервальд – это воинское кладбище, первичное захоронение воинов после боя во время войны. Указано также, что здесь были похоронены воины 91 гвардейской Стрелковой дивизии, пропавшие без вести в период с 9 по 13 февраля 1945 года.

В Калининграде создана Электронная книга памяти Калининградской области. Заходим в «поиск»: есть Гвардии Красноармеец Чайников Абрам Константинович, призван 07.41., награды: «За отвагу», «За боевые заслуги».

Посмотрите, как всё складывается: и номер дивизии совпадает, и дата – 10 февраля. Находим списки бойцов: наш земляк Чайников Абрам Константинович числится в этом списке. Позже, после войны, было перезахоронение. Мемориальный комплекс на братской могиле советских воинов находится сейчас по адресу: Калининградская область, Зеленоградский городской округ, п. Русское. Памятник установлен в центре посёлка.

Там же: «Чайников Абрам Константинович, 1903 г.р., медаль «За отвагу», 277 гв с п 91 гв с д Кал.ф.» (уточнила – это Калининский фронт, не Калининград, а Калинин). Дата подвига: 15.08.43. Приказ от 22 августа 1943 года, 277 гв стр полк: «Наградить: (порядковый номер в столбце – 49 – прим. авт.) повозного батареи 76 мм пушек гвардии красноармейца Чайникова Абрама Константиновича за то, что он во время боя в районе д. Кобылина 15.08.43. под сильным огнём противника своевременно подносил боеприпасы и орудия, и в составе расчёта отразил три контратаки немцев». Подпись: «Командир 277 гв.сп гвардии подполковник Козин».

Ещё один документ. Написано: «Награда «За боевые заслуги», вверху размашистым почерком: «Белорусс. Фронт. Чайников Абрам Константинович, ездовой транспортной роты, 1902 г.р. русский, б\п, в КА с июля 41г., призван Ятчинским РВК Св. обл.» (я так думаю, что призван Ачитским районным военкоматом, просто записано на слух, поэтому и ошибка, - прим. авт.). Почерк очень не разборчив. Есть даже домашний адрес, но в интернете его закрывают белым длинным прямоугольником. Прочесть адрес можно только в архиве, и доступ, видимо, к этой информации имеют право только родственники. Описание подвига: «В бою с 23.06.44 под огнём противника, в тяжёлых условиях боёв и марша, не жалея сил, подвозил боеприпасы и питание личному составу действующих в бою подразделений, бережно относился к коню, тем самым способствовал успеху наших подразделений». Дата подвига: 23.06.44 — 24.08.44. Подпись: «Командир полка гвардии майор Казарин Начальник штаба: гвардии майор Марошин».

Вы, наверное, заметили, уважаемые читатели, что в документах указаны разные годы рождения Абрама Константиновича (1902 и 1903). Бывало, конечно, что молодые ребята прибавляли себе годик в военкомате, но Абраму Константиновичу, думаю, это незачем, в те годы ему было уже 43 — 44 года, наверняка, у него была семья и дети. Думаю, что это просто описка писаря.

Уважаемые читатели, у меня пока не получается «сохранить» или «скачать» документы из Интернета. А так хочется показать всем эти бумаги. Они отсканированы и выложены на сайтах такими, как есть: с пятнами, дырками, загибами, иногда помятые. Некоторые написаны красивым почерком с завитушками и хвостиками. А есть и страшные, например, из концлагеря на немецком языке с поправками на русском. Некоторые написаны карандашом. Какими бы они не были, хорошо, что они есть. Спасибо тем, кто их писал и тем, кто их сохранил. Благодаря им наш земляк Чайников Абрам Константинович не пропал без вести.

ЕМЕЛЬЯН ЧАЙНИКОВ УМЕР В ПЛЕНУ

В книге памяти Свердловской области, том № 4, указаны краткие сведения об этом солдате: Чайников Емельян Ильич, 1920 г.р., призван Ачитским РВК 1942 г., рядовой, погиб в плену 25 ноября 1941 г. Попытаемся узнать больше информации о нашем земляке. Совсем ещё молодой парень, в 20 лет погибнуть в плену – это ужасно. Я только сейчас заметила ошибку: призван в 1942, а погиб в 1941-м году (?)

Заново захожу на сайт «Мемориал», электронный вариант донесения № 4389 о военнопленном: Чайников Емельян Ильич, дата рождения – 15.06.1920, призван – Ачитский РВК 1942 г., дата пленения – 07.07.41. г. Минск, лагерь – Шталаг, лагерный номер -122300, и так далее. Здесь указана такая же дата призыва — 1942 год. (конечно же, это опечатка, которую переносят автоматически, - прим. авт.).

Передо мной немецкий документ, назовём его «Учётная карточка военнопленного». Естественно, на немецком языке, но некоторые слова на русском. С этим документом, видимо, уже кто то «работал», так как имеются пометки раннего послевоенного времени чернильной ручкой. Думаю, что на основании этой карточки и было написано вышеупомянутое донесение 1955 года, а затем уже в наше время напечатан электронный вариант обобщенных данных.

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №1

Попытаемся и мы изучить этот документ. В левом верхнем углу листа: фамилия, имя, дата и место рождения. В немецком языке нет буквы «ч». Для написания нашего звука «ч» используется слитное написание четырех немецких букв: тsch. Это я ещё со школьных лет знаю, т.к. подписывала свою тетрадь (Чайникова). В документе: Tschainikow Emelian. Указана точная дата рождения — 15.6.1920, место рождения – село наше, естественно, написали опять неправильно – Bocklasen. Рядом имеется написание на русском, но тоже не верно: «Бакиянс, Очерский р-н, Молотовская об.». Если читать, как я говорила, четыре буквы за одну «ч», то хорошо читается Otschitskij («Очитский район»), а область написана Sverdlov. (А на русском почему-то написана Молотовская обл.: так в то время, с 8 марта 1940 г. по 2 октября 1959 г., именовалась Пермская область, но не Свердловская.) В клеточке «des Faters» — Илья, «der Mutter» — прочерк. В правом верхнем углу указано: СССР Россия, солдат, дата пленения 7.7.41., Минск, всё на немецком. Тут же лагерный номер военнопленного — 122300. Ниже посередине: рост 176, цвет — блонд, т.е. светлый, есть даже отпечаток пальца. Слева крупно: умер 25.11.41. Справа печатными буквами – название лагеря, расположение и ещё что то на немецком: Еренхайн, Цайтхайн, Шталаг 4В.

С помощью Интернета узнала: Цайтхайн находится недалеко от г. Риза и северо-западнее города Дрезден. Здесь, на большом полигоне вермахта, в мае 1941 года был образован стационарный лагерь специально для советских военнопленных. В 1942 и 1943 годах лагерь постепенно преобразовался в огромный запасной госпиталь, в котором одновременно могло быть размещено до 8 000 человек. Сюда направлялись уже больные не только из Советского Союза, но и из других стран.

После войны под руководством Советской военной администрации в Германии (СВАГ) была проведена тщательная работа по установлению общего количества людей, захороненных на четырёх кладбищах Цайтхайн. В октябре 1946 года комиссия определила это число в 32 430 человек.

В память об этих столь многочисленных жертвах советские власти приняли решение о сооружении на территории бывшего так называемого «русского кладбища Цайтхайн» достойного мемориала. На федеральной дороге В169 в направлении г. Грёдитц находится обнесенный красным гранитом пятиметровый обелиск, указывающий на мемориальное кладбище Эренхайн. В период с июля по декабрь 1941 года на нем были похоронены тысячи советских военнопленных в одиночных и братских могилах. Когда в 1941 г. разразилась эпидемия сыпного тифа и по лагерю был объявлен карантин, захоронения на этом кладбище в этом году прекратились. Поближе к лагерю под кладбище была выделена новая территория, получившая название «русское кладбище Якобсталь».

В 1948/49 гг. было заложено мемориальное кладбище Эренхайн: Входная арка так же, как и 15-метровый обелиск за ней, выполнена из красного гранита. Слева и справа от центральной дорожки находятся одинаковой формы газоны, под которыми кроются 46 братских могил. На восточной стороне кладбища, вдоль железнодорожной линии Риза–Эльстерверда, расположено еще одно захоронение.

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №2

На этом месте летом 1941 года были похоронены первые советские военнопленные, умершие в лагере – сначала в сотнях единичных, затем в братских могилах. Сегодня единичные могилы больше не обозначены, за исключением только шести могил, находящихся прямо за обелиском. В них покоятся останки советских военнопленных, перезахороненных на это место из близлежащей деревни Вюлькнитц. Общее количество похороненных на этом кладбище, составляет 8542 человека. Из них на сегодня известно поимённо 3339 человек. В настоящее время уход за кладбищем осуществляет управление сельского района Майссен. Можно выслать индивидуальную табличку с данными своего родственника, захороненного здесь, её прикрепят к Доске памяти. С 1999 года в Документационном доме мемориала и в бывшем лагерном бараке размещается постоянная экспозиция, рассказывающая об истории лагеря.

Справка

ЛАГЕРЬ ДЛЯ РУССКИХ ЦАЙТХАЙН 1941—1942 гг.

Многие ищут своих родственников. Многих поиски приводят к Цайтхайну. Ученик 9 «а» класса Красногвардейской гимназии Оренбургской области Герцен Дмитрий, изучая военный путь своего прадеда, в своем сочинении на основе исторических документов рассказывает: «В июле 1941г. были доставлены первые советские военнопленные. После регистрации, медицинского обследования и гигиенической обработки они, в начале, были размещены под открытым небом. Территория была лишь окружена забором из двойной колючей проволоки. Не было ни бараков, ни палаток для размещения пленных. Защищаясь от непогоды, военнопленные вначале выкапывали себе землянки. Строительство жилых бараков, латрин, кухней и колодцев началось только тогда, когда для этого в распоряжении стало достаточно военнопленных. Нехватка колодцев и вытекающая из этого нехватка воды заставила пленных, получающих и в количественном и в качественном отношении совершенно недостаточно продовольствия, пить из луж. В этих условиях быстро распространялись отеки от голода, скорбут и хронические поносы, что дополнительно ослабляло обессиленных от тяжелых боев и длительного этапирования пленных. Нехватка туалетов, умывальников, защиты от вшей приводили к ужасным гигиеническим условиям. Эти чреватые последствиями жизненные условия руководство в Цайтхайне сознательно терпело также, как и в других, занятых советскими военнопленными лагерях. Это способствовало развитию эпидемий дизентерии, брюшного и сыпного тифа, жертвами которых в 1941/42гг. стали тысячи пленных и в Цайтхайне. С декабря 1941 по март 1942г. из-за эпидемии сыпного тифа лагерь находился под карантином. Если до начала карантина в лагере находилось 10677 пленных, то после его снятия в апреле 1942г. их осталось лишь 3729…» Среди 7 тысяч здесь умерших и наш земляк – высокий, светлый двадцатилетний парень с красивым русским именем Емельян.

ОЩУЩЕНИЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ В ПРОШЛОЕ

Несколько лет назад я нашла могилу своего погибшего на войне деда обычным простым способом. На почте узнала, есть ли такой населённый пункт Свидовец в Черниговской области, что указан на похоронке. Оказалось, что это Украина. Там же, на почте, мне помогли написать и отправить письмо, наклеив на конверт кучу марок.

Пришёл ответ с приглашением приехать и точным расписанием электричек и автобусов от Киева до деревни. В кассе железнодорожного вокзала Каменска-Уральского девушки-кассиры собрали целый «консилиум» по поводу продажи мне билета до Киева, да так, что бы было подешевле да поудобнее с пересадкой в Москве. А в Киеве таксист, узнав, куда и зачем я приехала, посоветовал, где можно выгодно поменять деньги и сколько мне понадобится гривен на два дня. Ну как не вспомнить всех этих людей добрым словом!..

Время идёт, всё меняется. Тогда ещё не было интернета, ну… у меня-то точно не было даже компьютера. Я обращалась за помощью в отряд «Поиск», от них был письменный ответ: «Ваш дед, курсант Чайников Николай Иванович, сержант 121 стрелковой дивизии в списке безвозвратных потерь числится в учебном батальоне. Остаётся неясным, кого готовили из сержанта». Ребята мне советовали обратиться в Тобольский архив. Пока я думала, как писать, да как в этот архив ехать, появился «Друг Интернет». Сидишь дома, ехать никуда не надо, а узнать можно гораздо больше. Пусть, может, и не получится найти место захоронения, зато можно узнать, где воевал, как, с кем. Ищите, читайте. А если с компьютером «не дружите», детей попросите, они помогут.

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №3

Документы рассекречены в соответствии с приказом Министерства Обороны РФ от 8 мая 2007 г №181 «О рассекречивании архивных документов Красной Армии и ВМФ за период ВОВ 1941—1945 г.» (с изменениями на 30 мая 2009 года). Нашла вот документ «Именной список потерь». Это, видимо, тот самый, о котором мне из отряда «Поиск» писали. Да, числится Чайников Николай Иванович, 1911 г.р., курсант, сержант, место рождения Богдаж (опять наш Бакряж исковеркали. Да, что там говорить, у меня у самой в паспорте несколько лет Бакрят написано было, пока жить в Бакряж не приехала да паспорт не сменила, — прим. авт.). В графе «Родственники» указана жена – Чайникова Анна Алиповна. Да, это моя бабушка Аня. Её в деревне все так Алиповной и называли, а правильно – Алимпиевна, так как отца её звали Алимпий Зотьевич.

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №4


ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №5

В документе «Наградной лист» от 19 марта 1943 г. товарищ Анисимов указывает данные бойца, описывает подвиг и просит вышестоящее руководство наградить бойца медалью «За отвагу». Здесь же указано, что Чайников Н.И. имеет тяжелое ранение. Ниже – описание подвига: «Товарищ Чайников в период наступательных боёв против фашистских захватчиков показал себя смелым и бесстрашным командиром, показывая образец стойкости и мужества своим подчинённым. При отражении контратак противника в с. Колпаковка из личного оружия уничтожил 6 фашистов. Тов. Чайников достоин правительственной награды медаль «За отвагу». В документе «Приказ №17\н от 22.03.43.» (ЦАМО, фонд 33, опись 682526, дело 928) указана точная дата поступления на службу: 05.08.41г, звание: мл. сержант, часть – 121 сд, 60 А. Здесь же указано, что Чайников Н.И. является командиром отделения Отдельного Учебного Стрелкового батальона и награждается он медалью «За боевые заслуги». (Просили «За отвагу», а наградили «За боевые заслуги». В чём разница, пока не знаю, — прим. авт.). Приказ подписан 23.03.43г. начальником 4 отделения штаба 121 сд интендантом 3 ранга Онуфриевым. (Вот и нашёлся ответ на вопрос – чему учили сержанта в учебном батальоне. Не учили его, а командиром одного из отделений он был, — прим. авт.). Для того, чтобы разобраться, кто кому у военных подчиняется, прочитала интересную статью с подробным описанием и начертила всю схему на бумаге. Сейчас я знаю, что в дивизию входит полк. Полк состоит из трёх батальонов. А каждый батальон из трёх рот. Оказывается, такую троичную систему приняли ещё в 1918 году. Командовать батальоном по штату должен военный в звании не ниже майора. Батальон должен состоять из 778 человек: 4 человека в штабе, три стрелковые роты по 59 человек, взвод связи – 33 человека, санитарный взвод из 8 человек и хозяйственный взвод – 33 человека, ещё миномётная рота, пулемётная рота и противотанковый взвод. Каждая стрелковая рота состоит из трёх взводов, одного пулемётного взвода и санитарного отделения, ещё замполит, старшина, два снайпера и посыльный. Итого должен быть 51 человек. (Как это всё можно запомнить?! Мужики, а в армии сейчас тоже так? – прим. авт.) Из них должно быть 3 стрелковых отделения по 11 человек, одно учебное и одно миномётное отделение. Командиром стрелкового отделения может быть сержант или мл.сержант. Ну, вот мы и добрались до должности, которую занимал сержант Чайников.

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №6


ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №7

Решила ещё про Колпаковку узнать: ту, которая в описании подвига упоминается. Поискала в описании боевого пути 121 дивизии, выписала несколько предложений. «При участии дивизии был освобождён Курск. 17 февраля 1943 года немецкое командование организовало контрнаступление, имевшее целью вернуть под свой контроль линию железной дороги Харьков – Белгород – Курск. В районе села Колпаково в наступление на позиции 121-й дивизии перешла немецкая пехотная дивизия. С 17 по 23 февраля (наша) дивизия вела тяжёлые бои, понесла большие потери, но сумела остановить наступление противника. Затем дивизия перешла в наступление».

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №8

Я всегда любила «порыться» в старых вещах у бабушки на чердаке. Маленькая Оля могла часами сидеть там, среди самоваров и прялок, рассматривая старые книги и исписанные тетради. Такие же эмоции, как в детстве, я испытала и сейчас, когда читала эти пожелтевшие листы журнала боевых действий 121 дивизии. Ощущение перемещения в прошлое не покидало меня, было одновременно и страшно, и любопытно. Я выписывала только то, что происходило 19 сентября:

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №9

«19 сентября 1943 г. …В 10-00 авиация пр-ка в к-ве до 30 самолётов сделала налёт на пос. Грыгоровка, а в 12-00 произвела бомбардировку КП дивизии д. Свидовец. При налёте был убит майор Хованский, много командиров ранено, вывело из строя свыше 200 лошадей». (Мне про этот налёт жители села Свидовец ещё там, на Украине, рассказывали, говорили, что очень страшно было. На плите на могиле, где дед мой лежит, среди 23 воинов — третьим сверху написан этот самый майор – Хованский Иван Ильич, - прим. авт.).

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ, изображение №10

А вот и в интернете список нашёлся. 20 сентября подробно описаны бои в каждой из деревень с указанием потерь. 21 сентября в конце записей: «... в 19-00 сломив сопротивление противника, части стремительно двинулись вперёд» … но уже без майора Хованского и без сержанта Чайникова.

Ольга ЧАЙНИКОВА. Подготовила Ксения ЛЕБЕДЕВА. Фото из семейного архива семьи ЧАЙНИКОВЫХ. Окончание в следующих номерах.

Ксения Лебедева

Главный редактор «Ачитской газеты»

Оцените автора
Добавить комментарий

Яндекс.Метрика